photo
promo

Сбрасывая кожу

Каждый из нас видит сны. Кто-то считает их плодом воображения, кто-то видит в них сакральный смысл, кто-то считает их предвестниками будущего. Но что делать, если во сне ты видишь альтернативную версию своей жизни? И эта версия тебе не нравится?

Читать
photo
promo

Пыль богов

Представьте мир, который во многом похож на наш. Но он отличается. В этом мире есть Европа и Азия, Африка и Америка, Антарктида и Австралия, но карта мира перекроена, материки поделены между горсткой сверхдержав...

Читать
photo
promo

Линда

Яркая, творческая и свободная - это все о Линде. Она не из тех, кто подстраивается под чужие правила и идеалы. Линда всем своим существом бросает вызов обществу. Всегда ли она была такой? И кто она такая, Линда Кросс?

Читать
photo
promo

Буквы на белом фоне

Представьте себе картину, у вас тихая, спокойная, можно сказать, невзрачная жизнь. И в один момент в ней появляется небольшой пушистый зверек. Такое, маленькое, милое создание, которое постепенно начинает набирать в весе. Он такой же милый, красивый, пушистый, но еще и полный.

Читать

IX

– Что у вас с Мариной случилось? – спросил Вадим.

– Что у нас только не случилось! – ответил я.

Случился у нас грандиозный скандал! Я все понимаю, совместная жизнь – это уступки. В чем-то уступаешь ты, в чем-то уступает партнер. У каждого свои привычки, устои, но приходится мириться. И я мирился! Я мирился с недовольством по поводу разбросанных грязных носков. Приходилось их собирать в корзину. Я мирился с претензиями к стирке трусов. Приходилось складывать их в стиральную машинку и раз в неделю стирать, а не как я привык под душем, пока моюсь. Но это мелочи! Точкой кипения стала, вы не поверите, кастрюли из-под пюре! Да, да, гребаная двухлитровая кастрюля! Точнее тот факт, что я собрался её помыть. Вы знаете, как надо мыть кастрюлю? Нет, вы не знаете, как надо мыть кастрюлю! Надо взять губку с небольшим количеством моющего средства. Хорошо напенить кастрюлю, при этом жесткой стороной губки (есть там такая) отдирать засохшие кусочки еды, чтобы они не остались на стенках кастрюли. После этого, вы должны тщательно промыть кастрюлю под проточной водой протирая тряпкой, чтобы не осталось следов моющего средства. Потом еще с минуту промывать от тряпки.

Я терпел, честно терпел. Но когда она заявила, чтобы я бросил мыть, а то не вымою как надо, мне сорвало крышу. Ругались мы долго. Мне вспомнили мой грех, что я посмотрел на задницу одной санитарки из соседнего отделения. Я тоже что-то кричал и в чем-то упрекал Марину. Все закончилось на том, что я выпалил: «Ты такая же, как и твои родители!». После этого Марина зарыдала и быстро собравшись, ушла. У меня не было ни сил, ни настроения её останавливать.

На следующее дежурство она не вышла, мне пришлось дежурить в гордом одиночестве. И за следующее, и еще одно. В общем, Вадим с Костей, видя мое состояние, позвали меня расслабиться. Предлагали пойти в «одно место», но я догадался, что они про свой закрытый клуб братьев и сестер по ориентации и вежливо отказался. Поэтому мы бухали в обычной забегаловке.

– Ну, женщины они все такие, – произнес Влад.

– А ты хорошо женщин знаешь? – спросил я.

– А ты хорошо мужчин знаешь? – в ответ спросил Вадим.

– Ну… – протянул я.

– Поверь, чтобы разбираться в людях, не обязательно быть гетеро, – философски произнес Вадим. Костя молча улыбался.

– Ребят, честно, я вас не понимаю, – хмель начал бить в голову и пломбу самоконтроля начало срывать.

– В смысле? – спросил Костя.

– Ну, вас, этих… – я пытался подобрать приличное слово, чтобы не оскорбить их. Гребаная толерантность!

– Я понял, – махнул рукой Вадим. – Не утруждайся. Смотри, постараюсь объяснить. Нас понимать не надо. Не знаю, что это сбой в программе, – он постучал пальцем по виску, – или еще что-то, но такие как мы есть. Этого нельзя отрицать. Кто-то считает это извращением, не нормальным, но это часть нашей жизни.

– Многим не нравится навязывание… не традиционных устоев, – произнес я.

– Ну да, – усмехнулся Костя. – Только кто их навязывает? Покажи мне.

– Ну, всякие там гей парады, – неуверенно произнес я.

– Ага, – усмехнулся Костя, – каждый день мы парадами по проспекту Ленина ходим!

– Соборному, – поправил я, – его уже давно переименовали.

– Допустим, даже и так, гомосексуализм навязывается, – ответил Вадим, игнорируя мою реплику. – Объясни мне, как можно заставить гетеросексуала сменить ориентацию? Вот ты, сможешь переспать с мужчиной?

 – Нет! – твердо ответил я.

– Вот, – кивнул Костя. – И вон тот парень за стойкой, тоже не сможет, и вон те солидные мужчины в деловых костюмах. И вон та… хотя, женщин трогать не будем, лесбийское начало в них сильнее, чем гомосексуальное в мужчинах.

– Какое начало? – спросил я. – Еще скажи, что каждый мужчина – латентный гомик!

– Не перегибай палку! – ответил Вадим. – Мы говорим, что среди женщин однополые связи более развиты. Даже не так, не просто лесбийские, а бисексуальные. То есть, и с мужиками, и с женщинами спать могу.

– Твою же… – выругался я. – Давайте выпьем.

Вадим засмеялся, но поддержал идею. Накатили.

– Обратимся к истории! – начал Вадим.

– Сменим тему? – с надеждой спросил я.

– Ты сам начал этот разговор, – улыбнулся Костя. – Терпи.

Терпи. Легко сказать! Но он прав, я сам напросился на эту тему. Так что после пары фраз отвертеться не получится.

– Ну и что там с историей?

– Если кратко, не вдаваясь в подробности, – начал Вадим

– Короче! – перебил его я.

– У греков гомосексуализм был нормой, – улыбнувшись, продолжил Вадим. – У спартанцев даже был девиз: «Щитом и мечом защитить своего любовника». И заметь, у них была самая сильная армия, среди греческих городов. Тоже можно сказать и про самураев, которые считали, что через половую связь с более опытным воином, юноша укрепляет свой характер и силу.

– И ты мне говоришь, что вы не навязываете, – произнес я.

– Навязать можно ипотечный кредит, коррупцию как норму жизни, но нельзя заставить человека любить, – возразил Костя. – Если мужчина любит женщину, то, сколько бы геи его не уговаривали, он не ляжет в постель с мужчиной.

– Вот ты любишь Марину, Марина любит тебя… – начал Костя.

– Причем здесь Марина? – спросил я, перебивая его.

– Просто пример, – пояснил он и продолжил. – Вы любите друг друга. И ты же не побежишь лизаться с… – он обвел рукой зал и выдал, – Палычем.

Я аж пивом поперхнулся.

– Так, заднеприводные, – откашлявшись, произнес я. – То, что мы с ним бухаем, не значит что мы с ним…

Я запнулся, не в силах произнести это слово.

– Я образно, – произнес Костя.

– Образы у тебя, конечно, – ответил я.

– Мы просто хотим сказать, что любовь – это дело сугубо личное, нельзя заставить любить против своей воли.

– Ага, – кивнул я, – расскажи это педофилам.

– Здесь тоже не все так просто, – произнес Костя.

– В смысле? – удивился я.

– Как тебе объяснить, – начал Вадим. – Ребенок, понятие растяжимое. Ребенок это от рождения и до восемнадцати лет. Когда он маленький, ходит за ручку и играется в песочнице, это да, извращение, которое следует наказывать. Почему? Да потому что ребенок никак не готов к половому отношению! Да и как вообще маленький ребенок может вызвать возбуждение?

– Понятия не имею, – ответил я. Разговор заходил в какую-то дремучую чащу, и у меня все больше появлялось желание его прекратить. Но мои собеседники были настроены иначе.

– Вот! – воскликнул Костя, разливая коньяк.

– Это можно, и даже нужно считать извращением, – продолжил рассуждать Вадим. – А что делать, когда ребенок подрос и настал период полового созревания?

– В смысле? – не понял я. Куда он клонит? Или склоняет?

– Что ты знаешь о возрасте согласия? – спросил Вадим.

– Ничего, – честно ответил я.

– Да ладно? – удивились они вдвоем.

– Сейчас поясню, – Вадим сел ближе ко мне. – Возраст согласия – это возраст, с которого добровольный секс не считается изнасилованием. Понимаешь?

– Ну, допустим, – уклончиво ответил я.

– Понятно, – кивнул Вадим. – Поясняю дальше. Совершеннолетие в Украине наступает в восемнадцать лет. А возраст согласия в шестнадцать. То есть, если переспать с девушкой, которой сегодня исполнилось шестнадцать, то тебя не посадят. В теории. Хотя, проблемы будут.

– Только есть пара нюансов, – произнес Костя. – Первое. Возраст согласия у нас не прописан ни в одном законе. Вообще. На официальном уровне, так сказать, его не существует вообще. В теории, да, если твоему партнеру есть шестнадцать, то можно, но рискованно. А если нет, то се ля ви. Ждет тебя дальняя дорога и казенный дом.

– Это я понимаю, – кивнул я. – Я не понимаю, к чему все это?

– Ты во сколько девственность потерял? – с ухмылкой спросил Вадим. Захотелось заехать кулаком по его ухмылке, но я сдержался. В конце концов обычный мужской разговор на пьяную голову.

– В четырнадцать или пятнадцать, точно не помню, – уклончиво ответил я.

– Твоя партнерша была старше тебя или младше? – продолжал засыпать меня вопросами Вадим.

– Одногодка, – ответил я.

– То есть, каждый из вас совершил преступление.

– Как?! – я чуть не подскочил на месте.

– Вот так! – улыбнулся Костя. – Ни тебе, ни ей не было и шестнадцати. То есть и ты, и она нарушили закон. Понимаешь? Тонкая грань. Очень тонкая. Если тебе пятнадцать, и через минуту полночь и твой день рождения, то эту минуты лучше сексом не заниматься. А в идеале, потерпеть еще два года.

– Ага, – усмехнулся Костя. – И когда тебе будет семнадцать, с нетерпением ждать последнюю минуту с презиками наготове. Абсурд, не так ли? Только тебе стукнуло восемнадцать и все, в отношении тебя действуют другие законы.

– Вот про это мы тебе говорим. – пояснил Вадим. – Понятно, что закон не может запретить человеку трахаться хоть в двенадцать лет. Но за это будет наказание. Так что мечта переспать с учительницей по биологии всего лишь мечта. Даже если ты её каким-то чудом уломаешь, её посадят, а с тобой будут вести долгие воспитательные беседы.

Учительница биологии. Да, красивая была, Ирина Натановна. Невысокая, можно сказать, миниатюрная, но с шикарной фигурой. У нас все пацаны мечтали с ней пройти курс анатомии. Но, увы, никто так и не рискнул. Хотя, один заливал, что когда остался на уборку, ему удалось её пощипать. В подсобке, где складывался инвентарь, она полезла на полку за материалом и упала со стремянки. А он был рядом и поймал. Ну а пока ловил, успел пощупать все места. Она, вроде как, не поняла, что и к чему, и просто была ему благодарна.

– Так что с вопросом отношений с несовершеннолетними? – с ухмылкой спросил Вадим.

– Здесь, – начал я, отгоняя школьные воспоминания, – как у рыбаков. Лучше отпустить, пусть подрастет.

– Хорошее сравнение! – улыбнулся Костя. – Накатим?

– Накатим! – поддержал я.

– Ты с Мариной помирись, – резко сменил тему Вадим. – Она девушка…

– Так давайте накатим! – перебил Вадима я.

– Не увиливай! – улыбнулся он.

– Накатим!

Накатили.

Категория: Буквы на белом фоне | Добавил: AlexShostatsky (30.06.2018)
Просмотров: 53 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar